3. Заколочки
Это случилось на работе. Началось приготовление начинки для теста. Вдруг мне захотелось посмотреться в зеркало, словно зеркало меня потянуло к себе. Я потихоньку подошла и заглянула в него, и вдруг вижу там, вдалеке, мутный образ. Это была Ирбина. В это время я ещё не успела надеть головной убор, и на моих волосах были две приколочки с яркими бусинками тёмно-рубинового цвета. Ирбина очень внимательно на меня смотрела, и я вдруг понимаю, что она смотрит на приколочки, и что эти приколочки ей нужны. «Да, Ирбина, я поняла тебя! Я приду на озеро!» — радостно сказала я.
До встречи с Ирбиной, количество моих приколочек пополнилось, теперь появились и с бело-серебрянными камушками, поэтому все эти приколочки я взяла с собой на озеро.
— Ирбина, здравствуй! — позвала я нимфу.
Она откликнулась и появилась. Раньше мне казалось, что у неё светлые волосы, а в этот раз увидела у неё тёмные волосы. Каждый раз цвет волос менялся: то светлые, то тёмные, но сейчас я не стала спрашивать, какие же у неё волосы. Ирбина подошла ближе, я ей показала заколочки и рубиновые, и серебряные с белым отливом. Она мне подсказала, что ей нужно одну рубиновую, и одну серебряную. Их я кинула ей в озеро, и через миг они были уже на её красивых волосах, смотрелись чудесно, она ещё так интересно их заколола. Ирбина меня поблагодарила, и я её поблагодарила, что она откликнулась и пришла. Мы с ней немного пообщались, а потом нимфа сказала, что ей нужно уходить, и мы попрощались.
4. Слёзы радости
Однажды я пришла к озеру, а на душе было очень тяжело от переживаний, которые нужно было понять, пережить, найти ошибки и исправить. В этот раз Ирбина появилась такая радостная, лучистая, с подаренными мной заколочками, которым она искренне по-детски радуется, и мы стали общаться.
Она очень близко ко мне подошла и заглянула в глаза, прямо в мою душу, и сказала:
— Ирина, у тебя такая печаль на сердце. Не надо печалиться. Печаль — это против Закона, она твоё сердце разъедает. Не надо. Грустить — можно. Мы все грустим: и вы грустите, и мы грустим. Это нормально. От этого не будет плохо. А вот когда печалишься, тогда печаль всё разъедает. Я знаю, о ком твоя печаль. Но эта печаль не приносит пользы тому человеку. Твоя печаль идёт к нему, окружает, и затрудняет принятие и понимание человеком какого-то жизненного урока, мешает его развитию. Ты поможешь ему, когда усиленно будешь очищаться от своих слабостей, растворяя печаль и возвращаясь к радости. Об этом человеке в тебе должны быть надежда и молитва. Вот так, как ты сейчас любишь. У тебя очень доброе сердце, с большой любовью. От тебя такая любовь льётся! Вот эту любовь и отдавай, отдавай её всему: кто рядом с тобой, что рядом с тобой. Это очень здорово, когда любовь льётся из твоего сердца.
От её тепла и внимания ко мне я заплакала.
Вдруг Ирбина воскликнула:
— Это слёзы радости! Какие они лучистые! От них такие излучения идут! Они сияют и падают как жемчужинки.
— А вы плачете? – поинтересовалась я.
— Нет. У нас нет такого, чтобы мы плакали. Плакать могут только люди, и слёзы — это такое чудо!
Если будет на душе плохо, обращайся, ты умеешь уже общаться на расстоянии, у тебя получается это. Можешь меня позвать, и я приду к тебе с помощью.
Ирбина сказала, что ей пора, она была рада пообщаться и что любит меня. А я потом плакала от радости и кричала ей во след: «Люблю тебя, Ирбинушка!»
В этот раз мне вздохнулось с такой лёгкостью, что моя печаль в одно мгновение исчезла. Это нимфа меня полечила своими излучениями, что-то прекрасное передала.
Продолжение следует